Полярник-экстремал из Твери: ты сидишь на льдине, а на тебя надвигается «девятиэтажный дом»

Александр Еликов — это имя пока не очень знакомо жителям Твери, хотя известно многим жителям России. Полярник, эксперт федерального масштаба и постоянный участник арктических экспедиций RGO ЭХPO Российского географического общества, арктический водитель-дальнобойщик, покоритель самых крайних точек Земли и наш земляк.

По северным широтам он путешествует с середины 90-х. В прошлом году Александр Еликов был участником арктической экспедиции на Чукотку, которая прошла на внедорожниках до самой северной точки Чукотки - мыса Шелагский. Это был российский рекорд.

28 января Еликов вместе с командой ( это пятеро ребят из Челябинска, Ярославля, Москвы, Уфы) отправляется на машинах в очередное экстремальное путешествие в Якутию: сначала мыс Дежнёва, потом, по плану, пересечение континента на мыс Рока. То есть от самой восточной точки Евразии до самой западной. К экспедиции все готово, машины отогнали в Красноярск еще до Нового года.

Перед отъездом Ассоциация туризма Тверской области организовала для Александра пресс-конференцию: пора уже как следует представить героя землякам, тем более что в свое новое путешествие он отправится с флагом Тверской области, который на пресс-конференции ему передали председатель Ассоциации туризма Ирина Шереметкер и Алексей Корзин - председатель комиссии по экспедиционной деятельности Русского географического общества.

Пресс-конференцией, конечно, встречу журналистов с полярником назвать можно с трудом. Скорее — неформальное общение. По-другому и быть не могло — ведь речь о путешествиях, экстриме, красивейших местах Земли. Тем более что Александр Еликов на самом деле интересный собеседник: все эмоционально, коротко, тезисно, но очень понятно.

Экстрим. Поездка на Север — лотерея, а в Арктику суперлотерея. Никогда не знаешь, что ждет тебя за той снежной бурей. И путешествия, как буря, по нарастающей. Когда-то давно на «Запорожце» доехал до печально известного перевала Дятлова (Северный Урал) - экстрим. Потом 2 раза был на самой северной точке - мысе Челюскина, куда никто никогда не доезжал на машинах. Мы с друзьями специально купили 2 грузовика. Доехали.

А вообще, я считаю, жить нужно так, чтобы тебя спасал ледокол. Меня однажды спасал, на Таймыре. Нас с помощью крана грузили на борт — другого способа не было. Вот у кого экстремальная жизнь, так это у капитанов атомных ледоколов. Их на земле гораздо меньше, чем побывало людей в космосе. Вообще, это нереальное ощущение, когда ты сидишь на льдине, а на тебя надвигается «девятиэтажный дом». И он все ближе, ближе...

А еще я экстремальный коллекционер — коллекционирую купания в экзотических местах. В прошлом году, к примеру, купался на крайней точке Чукотки.

Цель экспедиции. Их несколько. Привлечение внимания к экологическим проблемам Арктики в сотрудничестве с экоорганизацией «Зелёная Арктика». Еще испытание оборудования научно-исследовательских институтов Севера, сбор экспонатов по заявке музея транспорта Арктики и некоторые научные задачи. Но все это, конечно, дополнительный стимул для путешествия. В первую очередь в дорогу гонит жажда путешествия, а также желание попасть в Книгу рекордов Гиннесса как покорители тех мест, куда пока не ступала нога, а в некоторых случаях колесо (что, как выясняется, сложнее).

Команда. Случайных людей в экспедициях не бывает. Бывает, что мы приглашаем людей с собой в поездку где-нибудь в Инстаграме. Но это какие-то небольшие и не очень сложные отрезки в пути от одного пункта до другого, которые могут преодолеть и неподготовленные люди. К примеру, от Красноярска до Якутска. А на всем пути можно рассчитывать только на проверенных людей. В любой экспедиции все роли распределены. Если ты фотограф, то ты фотограф. Не лезь вытаскивать товарища, упавшего в расщелину, это сделают другие, а твое дело — запечатлеть эти героические (хотя всегда по-разному) моменты.

Женщины в экспедиции. Это совсем не то, что на корабле. Никто против них ничего не имеет, и нельзя сказать, что у них выдержка хуже, чем у мужчин. В одной из экспедиций с нами были две женщины. Одна - оператор, вторая — просто путешественница, поехала вместе с мужем. Никаких проблем не было, экспедиция прошла удачно. Девушки знали, куда ехали.

Снаряжение. Главное условие для автомобиля - он должен быть новый. Не старый и проверенный, а именно новый. В Арктике запчасти никто вам не подвезет, если что. Но старый и крепкий парашют я всегда вожу с собой. На случай, если все же приходится ремонтироваться. Ставлю его над машиной.

Главное условие для человека — он должен быть тепло одет. Я видел множество замерзших людей, закоченевших в буквальном смысле слова. Правда, ни на ком из них не было теплых унт, толстых штанов и т. д. Люди, приехав на Север, понадеялись на свой организм. Не надо на это надеяться.

Холодовая усталость. Это психологическое состояние, вызванное долгим пребыванием в вечной мерзлоте. Случается не с каждым, но вполне распространенное явление. Сначала появляется какое-то раздражение от того, что все время мороз, снег, потом раздражение переходит в апатию, затем перерастает в депрессию и психоз. Люди просто сходят с ума. Бывает, что за человеком приходится вызывать вертолет. Причем летчику можно даже ничего не объяснять. Причина ему понятна сразу. Север - для сильных духом.

Черная метка. Есть у меня такая. Потому что я уволился из Газпрома. «Что ты делаешь? - говорили мне. Ведь добровольно из Газпрома никто не увольняется. Значит, что-то с тобой не так, и тебя больше никуда не возьмут на работу». Я уволился. Потому что я подумал о детях. Моя жена - из Омска, а мои дети всю жизнь (им 7 и 10 лет) прожили на Севере. Я понял, что наступил такой возраст, когда они должны получать больше, чем могут получить там. В августе мы переехали в Тверь. Точнее, они переехали, а я вернулся домой. Я ведь соминский, учился в 34-й школе. Тяга к путешествиям проявилась у меня еще в детском саду. Я любил пролезать через забор и уходил гулять на пустырь, там сейчас микрорайон «Радужный». А чтобы было не скучно, прихватывал с собой кого-нибудь из друзей. Поэтому детям запрещали со мной дружить. В 13 лет, когда мне купили взрослый велосипед, мог запросто уехать куда-нибудь в Рамешки. Постарше, на мопеде, еще дальше.

Тверь. Я много лет прожил на Севере, объехал много точек Земли, но для меня это лучший город. Однажды в далекой молодости стащил у отца ключи от «Москвича» и гнал сюда четыре тысячи километров.

Когда кто-то начинает говорить, что здесь все плохо, не верьте. Это не так. Тверской регион один из наиболее привлекательных: не бедный, с нормальными дорогами, отличной логистикой. К примеру, Ярославль — красив и богат, но доехать в Москву и Петербург оттуда сложно. В не менее прекрасном Новгороде не останавливается даже Сапсан. В Твери с этим гораздо удобнее.

Самые бедные регионы — Тыва, Алтай и соседние с ними, самый бедный миллионник — Омск, самые плохие дороги в Костромской области. Тверь даже близко не входит в этот список. Что бы я сходу отметил? Огромное количество усадеб по всей области. Даже в том виде, в котором они находятся, — это огромное достояние и наша отличительная особенность. Мне здесь нравится все. Вот все ноют: слякоть, слякоть, снега нет. А моей семье — по кайфу: слякоть! Снега нет!

Подготовила Юлия КРУТОВА

Фото: Оксаны Руденко, Инстаграм Александра Еликова

 

На пресс-конференции в Твери: Ирина Шереметкер, Александр Еликов, Алексей Корзин