«Я только возьму Дары»: с отцом Анатолием Волгиным простятся в Кувшиновском районе

Фото: Аккаунт Маргариты Шилкиной в Facebook

PANORAMApro  уже писала о кончине известного всей губернии протоиерея Анатолия Волгина. Батюшка умер от коронавируса в ОКБ. Прощание с отцом Анатолием пройдет 12 января в Никольском храме села Васильково Кувшиновского района, в 8.00 пройдет панихида, в 11.00 будет отслужена литургия.

На странице в Facebook своими воспоминаниями об отце Анатолии поделилась декан факультета религиоведения в Свято-Филаретовском православно-христианском институте Маргарита Шилкина:
«До последней минуты была надежда, что болезнь будет побеждена. Но поражение легких более 90%... На праздник Рождества Христова отец Анатолий смог в реанимации посмотреть трансляцию богослужения и причаститься Святыми Дарами.

В Кувшиново его знали все: молодежь на мотоциклах; ребятишки, которых он учил рисовать, ставить спектакли, ходил с ними в походы-паломничества, а когда их бросали непутевые родители, принимал жить в свой дом; его знали представители администрации и руководители местных предприятий, с которыми он всем миром строил красивый деревянный храм в самом центре городка; его любили прихожане, с которыми и в паломничества вместе ездили, и общие трапезы после службы устраивали, и пели на литургии всем храмом, а тексты большинства песнопений для этого висели в храме на больших плакатах и менялись походу службы.

Отец Анатолий знал и помнил тех, кто регулярно приходил на службы.

Пока в Кувшинове храм еще только строился, добился бесплатного автобуса, на котором по воскресеньям утром возил своих прихожан в основной храм  XVIII века в деревне Васильково в четырех километрах  от города, куда по-другому было бы не добраться. А после службы отвозил обратно в город.

Отец Анатолий писал иконы для двух своих храмов и прекрасно пел. Заботился он и о молодых священниках. Когда в конце 90-х в одной деревне на шоссе Тверь-Осташков в полуразрушенный храм, на котором уже березки росли, прислали молодого священника с матушкой и шестью детьми, стало понятно, что выжить ему там нет ни одного шанса.

Вокруг было разбросано несколько деревень на большом расстоянии. Даже если местные бабушки и добредали по полю до храма иногда, то им даже свечку было не на что купить, не то что пожертвование оставить. Отец Анатолий  раз в месяц собирал автобус прихожан и говорил: едем служить в Рашкино, надо помочь.

И зная заранее дату, сестры из прихода обходили дома в Кувшинове и просили пожертвовать для семьи молодого священника кто что сможет. Хорошо помню, как мама собирала и одежду, и полную сумку продуктов: картошку, крупы, соль, сахар – тогда и купить это было негде. Выжил и священник с семьей, и храм.

Много уделял внимая просвещению прихожан, собирал врачей, учителей, местную интеллигенцию, даже тех, кто не ходил на службы. Сам проводил беседы по Библии, рассказывал о службе, об иконах, о церковной истории. Привлекал к проведению бесед и своих духовных чад, приезжавших из Москвы погостить.

Был рад, когда я с тверскими друзьями предлагала что-то рассказать из церковной истории, показать фильмы. Эти встречи проходили в прекрасном полуподвале, специально оборудованном при храме, за общей трапезой, приготовленной вместе. Следил за новыми книгами по богословию, церковной истории, с удовольствием читал.

Я хорошо помню, как отец Анатолий приезжал к нам домой причащать больную маму по очереди со вторым священником отцом Александром. Как за несколько часов до смерти смог впервые в жизни исповедать и причастить моего отца. Я позвала его буквально на вокзале, когда он вышел из автобуса после многодневного отсутствия. А дома его ждал сын, которого он не видел больше года. Он сказал: «Я только возьму Дары». Он не задержался дома даже на несколько минут. Он успел».

Комментарии (0)

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *